Выставка «Вечное барокко» в нижегородском Арсенале продолжает серию «Названо Вазари» — трижды с интервалом в год проекты Дарьи Колпашниковой и Екатерины Кочетковой занимали длинные залы музея, рассказывая о ключевых эпохах в истории европейского искусства — готике, ренессансе и маньеризме. Подводя итоги длинному проекту и выпуская единый для трех выставок монументальный каталог, музейщики шутили, что логичным продолжением стало бы «Не названо Вазари. Барокко» — до XVII века главный биограф итальянского возрождения, понятно, не дожил.
Первая половина названия пропала, барокко было прозвано «вечным», но общая концепция не поменялась: по-прежнему музейные экспонаты из фондов ГМИИ им. Пушкина сопоставляются, а иногда напрямую сталкиваются с работами современных российских художников. Экспозиция поделена на разделы в соответствии с традиционной для барокко темой пяти чувств — зрения, вкуса, слуха, осязания и обоняния.
Трезво отдавая себе отчет в известной ограниченности ресурсов столичного запасника, Колпашникова подошла к барокко чуть шире, чем до того к готике или маньеризму, полноценно включив в экспозицию не только российские произведения петровской и елизаветинской эпох, но даже поздние лубки и украшенную хохломской росписью посуду. В строгом смысле их, конечно, не объединяет принадлежность к тому стилю, который известен экспрессивной выразительностью, масштабными усложненными композициями и порой вычурной декоративностью. Скорее, подразумевалось ощущение контролируемой бури, тонко и рационально просчитанного эффекта, которое может быть актуально для искусства самого разного времени.
К примеру, культуру барочного праздника раскрывают сначала гравюра Маттеуса Кюселя «Апофеоз Леопольда I» XVII века — она отсылает к знаменитому спектаклю по случаю свадьбы императора Священной Римской империи, затем рисунки, документирующие фейерверк в Петербурге 1740-х годов, и наконец «Перфоманс в Царицыне» Саши Фроловой и Ирины Воителевой, в котором церемонность барочной сценографии заговорила на эпатажном языке современной моды. Этот же принцип последовательно выдержан по всей экспозиции, причем количество работ современных художников — Ирины Кориной, Леонида Цхэ, Алины Глазун, Евгении Буравлёвой — постепенно возрастает.
Минималистичная архитектура [MISH] studio не соответствует заглавной теме выставки напрямую. Вместо многословной украшенности — работа с чистыми объемами и простыми неброскими цветами. Подход к тем произведениям, которые можно назвать барочными в собственном смысле, на выставке очень деликатный, а точнее — любовно-археологический: за каждым отрезом кружева и маленькой гравюркой, скромной жирандолью и хрустальным штофом, по мысли куратора, сами возникают образы того мира, который мы больше знаем по книжным гравюрам и европейскому кино, отчасти понаслышке, но это не мешает любить это искусство и вдохновляться им.
Художники: София Акимова, Иван Архипов, Константин Батынков, Юлдус Бахтиозина, Сергей Берменьев, Евгения Буравлева, Алина Глазун, Владимир Григ, Олег Доу, Ирина Дрозд, Платон Инфанте-Арана, Франциско Инфанте-Арана, Денис Ичитовкин, Валерий Кацуба, Владимир Клавихо-Телепнев, Екатерина Ковалева, Ирина Корина, Нина Котел, Валерий Кошляков, Андрей Кузьмин, Александр Лавров, Антон Левин, Вадим Михайлов, Алексей Панькин, Александра Пацаманюк, Вера Петровская, Иван Плющев, Ульяна Подкорытова, арт-группа «Провмыз» (Галина Мызникова, Сергей Проворов), Елена,Самородова, Андрей Семенов, Дмитрий Сироткин, Вика Сорокина, Анна Ставиноженко, Милена Стрелкова, Полина Уварова, Егор Федоричев, Константин Фон Рибен, Саша Фролова, Фёдор Хиросигэ, Леонид Цхэ, Владимир Шинкарев, Александр Шишкин-Хокусай, Нестор Энгельке, Устина Яковлева.
