Примерно на полгода залы на втором этаже Мраморного дворца были заняты масштабной выставкой «Жизнь замечательных собак». Тогда же послышались взволнованные сомнения в том, вернутся ли работы ключевых для мировой истории современного искусства художников — Баския, Кунса, Кифера и других — на свои места. Музею пришлось даже отдельно обращаться к СМИ, чтобы заверить, что коллекция Людвигов не будет убрана в запасник.
Появление Музея Людвига в Русском музее было связано с особой ситуацией в художественном мире и вообще в России в первой половине 1990-х. На волне крупных выставок — в 1993-м башня Татлина едва поместилась в зале Kunsthalle Дюссельдорфа — и небывалого интереса к русскому искусству немецкие коллекционеры и меценаты Петер и Ирене Людвиг приняли решение передать России часть своей коллекции. На тот момент сеть из более чем десятка «Музеев Людвигов» (сейчас Ludwig Museum представлены в городах Германии, Австрии, Китая, Кубы и других стран) уже успела в основном сформироваться [1], однако появление одного из них в России, конечно, стало большим событием. На собрание современного западного искусства претендовал и Пушкинский музей, но решающей стала позиция Евгении Петровой, предложившей особый статус «музея в музее» с гарантией, что имя Людвигов будет увековечено должным образом.
В итоге в Петербург прибыли 118 произведений, а экспозиция открылась в залах Мраморного дворца в 1995 году. Дар Людвигов воспринимался как важный шаг в восстановлении связей российского современного искусства и музейных коллекций с мировыми, а также как признание статуса советских нонконформистов, еще недавно почти не выставлявшихся на официальных площадках на родине.
В собрании Музея Людвига в Русском музее представлены почти все ключевые направления искусства второй половины ХХ века: поп-арт, гиперреализм, неоэкспрессионизм, немецкое искусство «новых диких» и советский концептуализм. Работы были отобраны так, чтобы из них можно было собрать впечатляющую экспозицию: во-первых, значимые и характерные для тех или иных художников или направлений, а во-вторых, зрелищные. В итоге в залах можно увидеть шелкографический «Портрет Петера Людвига» Энди Уорхола (1980), ироничных деревяных «Херувимов» Джеффа Кунса (1991), единственный в Петербурге холст позднего Пикассо, крупное полотно «Большой железный кулак Германии» Ансельма Кифера (1979) и даже уникальную совместную работу Уорхола и Баския (1984).
Некоторые работы концептуалистов, ставшие неотъемлемой частью экспозиции Музея Людвига, в действительности, не входили в первоначальный дар: например, «Сталин» Л. Сокова (1990) и «Триптих № 11» В. Янкилевского (1974) поступили в коллекцию после удачных временных выставок. Погружаясь в истории собрания, замечаешь, как на практике реализовывались те принципы, которые стремились заложить в основу будущего Музея Людвига сами дарители: они не определяли ни отбор, ни развеску произведений, предполагая, что экспозиция будет регулярно обновляться, принимать работы на временные выставки — стремились создать живую площадку, по сути первый музей современного искусства в Петербурге. Пожалуй, оглядываясь назад, можно убедиться, что дар Людвигов продолжает играть роль места, где российское искусство второй половины XX века — обязательная и важная часть общемирового [2].
__
[1] Карлова А. Н. Система музеев Людвига как способ заполнения «информационных пробелов» // Соборы: сборник статей / под ред. М. Б. Пиотровского, А. А. Никоновой. СПб., 2006. С. 420–432.
[2] Боровский А. Д. Музей Людвига в Русском музее // Государственный Русский музей. Отдел новейших течений. 1991–2001. История. Коллекция. Выставки: каталог выставки. СПб.: Palace Editions, 2004. С. 19-21.
Художники: Пабло Пикассо, Йозеф Бойс, Джаспер Джонс, Энди Уорхол, Рой Лихтенштейн, Том Вессельман, Джордж Сигал, Джеймс Розенквист, Клас Ольденбург, Роберт Раушенберг, Сай Твомбли, Ансельм Кифер, Йорг Иммендорф, Джонатан Борофски, Джефф Кунс, Илья Кабаков, Эрик Булатов и другие.
