Самый живой спектакль сезона — «Гроза» в пространстве «Внутри»

«Гроза» — еще одна премьера независимого театрального объединения «Озеро», резидентов пространства «Внутри», которую сами создатели анонсировали так: «Самый дорогой наш спектакль — сердцу, имеется в виду. Первая режиссёрская работа Смольниковой. Первый спектакль Трегубовой в театре без штанкетов. Первый раз Цыганов голосом старика говорит текст. Ну что сказать, все дебютанты собрались и сделали. На опыте только Виталик, в смысле Коваленко».

Если серьезно, то в этом ироничном высказывании не так много  преувеличения. Для «Внутри», которое создал и которым руководит архитектор Олег Карлсон, работа Марии Трегубовой — и правда событие. Одна из самых известных российских театральных художниц, создающая масштабные декорации, (посмотрите, например, «Сказку о последнем ангеле» в Театре Наций), разместила на крошечной сцене настоящую могилу, огромный дуб, камыши, Волгу в перспективе — это преображение пространства особенно удивляет тех, кто здесь частый гость. Для второй части спектакля лукоморье в буквальном смысле сдерут со сцены, оставив только наклонную фанерную сцену, на которой поди удержись, да дуб без коры и листьев (а в первой части на коре явно читается лицо). 

Спектакль выпускницы Дмитрия Крымова (Смольникова переиграла у него массу знаковых главных ролей) сочинили в духе работ своего мастера, где хрестоматийный сюжет становится отправной точкой фантазии, а времена — Островского и сегодняшнее — отражаются друг в друге. И дело не только в шутках на тему не ловящей связи или разборок с ГБУ «Ритуал».

Эта «Гроза» сложена как паззл из эпизодов на разные темы — отцов и детей, мужского и женского, инаковости и неспособности вписаться в среду — и одновременно спорит с заранее известным сюжетом. Расстановку порядков в «темном царстве» и местные обычаи наглядно показывают на похоронах, которые заканчиваются неожиданно ничем. Анфису Михайловну никак не удается предать земле: то могила слишком мала (и докапывать отправят Катерину),  то документов не хватает, а затем и вовсе выяснится, что тот свет принимать такую важную фигуру отказывается. Огромную куклу, которая играет Анфису Михайловну, вышвырнут за сцену вместе с декорацией.  Дикой (Виталий Коваленко) оказывается одновременно и вдруг оставшимся на свободе без властной матери мальчишкой, интересующимся списком грехов родительницы, и уже прожившим половину жизни мужчиной. Другая властная мать, Кабаниха (Агриппина Стеклова), испытывающая к сыну чуть ли не влечение, в сцене с Диким — обольстительная бестия. Катерина (Таисия Вилкова) и Борис (Игорь Царегородцев) на их фоне кажутся подростками, которым интересно вместе собирать радио и слышать мысли друг друга. 

Муж Катерины, Тихон, замученный маменькиной любовью, — такой же подросток, которого занимают другие игрушки. Все персонажи играют в одну игру, в которую не вписывается Катерина, таскающая весь спектакль на спине бутафорский горб, который в финале окажется не тем, чем казался. Вспоминают в этой истории и Кота Шредингера — жив он или все-таки мертв. Вот и финал этой истории зависит от наблюдателя. 

Эта «Гроза», хоть местами и неравномерная (например, в момент обращения к зрителю), — однозначно один из самых живых спектаклей сезона, напоминающий о том, что совсем недавно театральная сцена зеленела, как берег Волги в начале спектакля.